• Благотворительный фонд Весна в сердце




Моральный вред юридического лица через призму инвестиционного арбитража


Дело «Роквула» (А40-131505/2012) вызвало «горячую» дискуссию как среди судей, так и практикующих юристов по вопросу [не]возможности взыскания в пользу юридического лица морального вреда, причиненного ненадлежащим исполнением судебного акта (см.: блоги Буланова М., Корельского А., Хлюстова П., Шарона А. на Закон.ру). Определение Экономической коллегии Верховного суда РФ от 17.08.2015 г. № 309-ЭС15-8331 не разрешило поставленный вопрос. Суд, на мой взгляд, попросту, предпочел не высказываться по теме, указав, что нет закона – нет права (non liquet), решил сиюминутную задачу (защиту бюджета), а вопрос развития права оставил на потом.

Как известно, дело «Роквула» во многом было построено на позиции Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) по делам «Комингерсол С.А», «Сутяжник». Вместе с тем, ЕСПЧ далеко не единственный форум, в котором ставится (-лся) вопрос компенсации морального вреда юридическому лицу.

Предлагаю посмотреть на тему со стороны инвестиционного арбитража и, в частности, дела Desert Line Projects LLC v. The Republic of Yemen (ICSID Case No. ARB/05/17, Award of 6 February 2008).

Это дело интересно тем, что заявитель, компания из Омана, требуя компенсации морального вреда, обосновало свое требование тем, что руководство компании страдало от угроз преследования и задержания со стороны ответчика (the Claimant’s executives suffered the stress and anxiety of being harassed, threatened and detained by the Respondent) (параграф 286).

Несмотря на то, что ответчик не оспаривал право компании на взыскание морального вреда (параграф 289), трибунал отметил, что в исключительных случаях, соглашение о защите инвестиций предоставляет возможность взыскивать моральный вред (Ibid.). При этом, трибунал указал на общепризнанность факта о том, что в пользу юридического лица может быть взыскан моральный вред (It is also generally recognized that a legal person (as opposed to a natural one) may be awarded moral damages, including loss of reputation, in specific circumstances only) (Ibid.).

В этом деле, трибунал пришел к выводу, что нарушение BIT со стороны ответчика, в частности, физическое принуждение в отношении руководства компании было злонамеренным и виновным, следовательно, ответчик должен возместить ущерб, вне зависимости от  физического, морального или материального характера вреда (параграф 290). Как итог, трибунал взыскал с государства $1 млн. долларов США.

Следует отметить, что дело Desert Line не является первым, в котором был взыскан моральный вред в пользу юридического лица. Наверное, одним из первых (в рамках ICSID) было дело S.A.R.L. Benvenuti & Bonfant v. People’s Republic of the Congo (ICSID Case No. ARB/77/2, Award of 8 August 1980) (решение не публиковалось в полном объеме).

Хотел бы отметить, что этот пост задумывался с одной лишь целью – подбросить несколько «дровишек» в дискуссию о проблеме взыскания морального вреда в пользу юридических лиц, никаких выводов, предложений или заключений.